В последние годы первого пребывания в Италии, в 1832г К.Брюллов написал знаменитую "Всадницу",
грациозно сидящую на великолепном скакуне.
Скромную воспитанницу графини Ю.Самойловой Джованину,
художник осмелился изобразить так, как до него изображали только титулованных особ или прославленных полководцев.
Задумав написать «Всадницу», Брюллов поставил перед собой задачу создать большой конный
портрет. В нем он использовал мотив прогулки, позволившей передать фигуру в движении.
На всем скаку останавливает всадница разгоряченного коня. Уверенная ловкость амазонки вызывает неподдельное восхищение у подбежавшей к балкону маленькой девочки, как бы призывая зрителя разделить ее восторг.
Возбуждение передается лохматой собаке ожесточенно лающей на вздыбленного коня.
Взволнован и пейзаж с накренившимися от пробежавшего ветра стволами деревьев.
Тревожно по небу бегут перистые облака, беспокойными пятнами ложатся на землю пробивающиеся
сквозь густую листву лучи заходящего солнца.
Изображая юную девушку - Джованину и ее маленькую приятельницу - Амацилию Пачини, Брюллов создал вдохновенное полотно, воспевающее радость жизни. Очарование «Всадницы» в непосредственности того оживления, которым проникнута вся сцена, в смелости композиционного решения, в красоте предгрозового пейзажа, в блеске палитры, поражающей богатством оттенков.
В большом полотне Брюллов сумел органически увязать декоративность решения с правдивостью
непосредственного наблюдения. «Всадница» по праву может быть названа образцом портрета-картины
в искусстве первой половины XIX века.
В этом своеобразии творческого замысла нельзя не видеть выражение смелой воли художника,
нарушающего установленные традиции. Самый облик юной всадницы приобрел некоторую условную обобщенность.
Несравненно живее, чем всадница, - девочка, держащаяся за металлические перила
(Амалциия Пачини - вторая приёмная дочь Ю. Самойловой).
Экспонированный в 1832 году в Риме портрет Джованины вызвал оживленный обмен мнений.
Вот что говорилось, например, в одной из опубликованных тогда статей:
"Русский живописец Карл Брюллов написал портрет в натуральную величину девушки на коне и другой
девочки, которая на нее смотрит. Мы не припоминаем, чтобы видели до этого конный портрет,
задуманный и исполненный с таким мастерством. Конь... прекрасно нарисованный и поставленный,
движется, горячится, фыркает, ржет. Девушка, которая сидит на нем, это летящий ангелочек.
Художник преодолел все трудности как подлинный мастер: его кисть скользит свободно, плавно, без запинок, без напряжения; умело, с пониманием большого художника, распределяя свет, он знает, как его ослабить или усилить. Этот портрет выявляет в нем многообещающего живописца и, что еще важнее, живописца отмеченного гением".
Некоторые итальянские критики отмечали безжизненность выражения лица юной всадницы.
В появившейся в том же году статье, приписываемой Амбриозоди, говорилось:
«Если что-нибудь может показаться невероятным, так это то, что прекрасная наездница или
не замечает бешеность движений лошади, или, от излишней уверенности в себе, совсем не затягивает
узды и не нагибается к ней, как, быть может, было бы нужно».
«Упущение» Брюллова, замеченное современниками, находило отчасти объяснение в тех задачах, которые он ставил в этот период перед искусством большого портрета-картины.
Создателя «Всадницы» можно было бы заподозрить в неумении передать экспрессию лица, если бы не образ маленькой девочки, в порыве восторга прильнувшей к решетке балкона. На ее остреньком личике так жива игра чувств, что сразу отпадают сомнения в блестящих дарованиях Брюллова-портретиста. К началу 1830-х годов Брюллов занял одно из ведущих мест в русском и западноевропейском искусстве. Его слава выдающегося мастера портрета была закреплена «Всадницей».
Было несколько версий о том, кто изображён на картине
"Всадница" была приобретена для галереи П.М. Третьякова в 1893 году в Париже, как портрет Ю.П.Самойловой. Считалось, что это она изображена а роли всадницы.Позже искусствоведы доказали, что это та самая картина, которую художник в списке своих работ назвал "Жованин на лошади", и что на ней изображены две воспитанницы Самойловой - Джованнина и Амацилия. Установить это помогло сопоставление изображенных на "Всаднице" девочек с ними же на других брюлловских полотнах.
Это датируемый 1834 годом "Портрет графини Ю.П. Самойловой с воспитанницей Джованниной и арапчонком" и "Портрет графини Ю.П. Самойловой, удаляющейся с бала с приёмной дочерью Амацилией ", начатый в 1839 году во время их приезда в Петербург.
Повод ошибаться в том, кто представлен в образе всадницы, дал сам художник. Хотя девушка и выглядит моложе Самойловой, которой в 1832 году было около тридцати лет, но кажется старше девушки-подростка, какой Джованнина изображена рядом с графиней на этом брюлловском портрете 1834 года. Кстати, это не единственное недоразумение, связанное с определением героини "Всадницы".
В 1975 году знаменитый оперный театр "Ла Скала" выпустил книгу, посвященную
выдающимся певцам, чьи голоса звучали с его сцены.
"Всадницу", представили как "Романтический портрет Малибран" из Театрального музея "Ла Скала".
Имя Марии Фелиситы Малибран-Гарсия, сестры Полины Виардо, принадлежит одной из самых ярких легенд
в истории оперного искусства. Виртуозно владея дивным голосом, обладая горячим темпераментом и даром актерского перевоплощения в сочетании с соответствовавшей романтическому канону женской красоты
внешностью - стройной фигурой, бледным лицом под иссиня-черными волосами и большими
сверкающими глазами, она, казалось, была создана для воплощения на сцене героинь
музыкальных драм.
Страстная любительница верховой езды, Мария Малибран скончалась
от ушибов, полученных при падении с лошади. Ей было двадцать восемь лет.
Безвременная кончина закрепила родившуюся еще при жизни певицы легенду:
один миланский адвокат, подаривший Театральному музею "Ла Скала" гравюру
с картины "Всадница", счел, что на ней изображена Малибран.
Директор Театрального музея профессор Джанпьеро Тинтори сказал: "Понимаю, что вас смущает. Когда, приехав в Москву, я посетил Третьяковскую галерею, то понял, что светловолосая всадница (в жизни Джованнина была рыженькой) не может изображать жгучую брюнетку Малибран. Я говорил об этом тем, кто подбирал для книги иллюстрации, но они лишь добавили к слову "портрет" эпитет "романтический", то есть представили картину как некую фантазию на тему увлечения певицы верховой ездой".
Но кто же подлинные персонажи картины?
Обе девочек воспитывались Ю.П.Самойловой, называли ее мамой, но официально удочерены не были.
В нашей литературе о Брюллове Джованнину называют родственницей
в свое время весьма известного композитора,
автора множества опер, близкого друга Самойловой, Джованни Пачини.
Сам Пачини в книге "Мои артистические воспоминания", называя Самойлову
"благодельницей моей дочери Амацилии", о Джованнине не упоминает.
Да и Самойлова, поддерживая с ним переписку до самой его смерти, ни разу о
Джованнине в письмах не обмолвилась.
В одной итальянской публикации есть ссылка на заверенную неаполитанским нотариусом дарственную, по которой дом Самойловой в Милане должен был перейти после ее смерти "сироте Джованнине Кармине Бертолотти, дочери покойного Дона Джероламо и Госпожи Клементины Перри", которую русская графиня "взяла к себе". Исходя из того, что девичья фамилия матери сироты та же, что и второго мужа Самойловой оперного певца Перри (баритон слабенький, но красавец), автор публикации высказывал предположение, что Джованнина была его племянницей.
Когда Джованнина выходила замуж за австрийского офицера, капитана гусарского полка Людвига Ашбаха, Самойлова обещала выделить ей сверх дорогого свадебного наряда и набора личных вещей приданое в сумме 250 тысяч лир под гарантию миланского дома, который, как подтверждалось новым нотариальным актом, должен был перейти в ее собственность после смерти дарительницы, но который так ей и не достался. Да и с получением денег, кажется, возникли трудности, поскольку Джованнине пришлось искать адвоката для достижения "соглашения с мамой" о переводе обещанной суммы в Прагу, куда она переехала со своим гусаром. Злого умысла со стороны Самойловой в этом быть не могло. Даже недоброжелательно настроенные к графине за проавстрийские симпатии итальянские авторы, признавали за ней необыкновенную щедрость. Но при ее широким образе жизни она часто испытывала недостаток в наличных средствах, которые поступали ей из многочисленных поместий в России.
Что касается Амацилии, то она родилась в 1828 году. Ее появление на свет стоило жизни матери. Пачини в упоминавшейся автобиографической книге писал: "В то время... меня постигло большое несчастье - через три дня после родов умерла моя ангельская жена". Когда Самойлова взяла Амацилию на воспитание неизвестно, но, судя по картине "Всадница", написанной в 1832 году, уже четырехлетней она жила у нее.
Затем мы видим одиннадцатилетнюю Амацилию с Самойловой на портрете Брюллова "Портрет графини Ю.П. Самойловой, удаляющейся с бала...".
Тогда она писала отцу из Петербурга:
" Если бы, дорогой папа, ты видел этот город, как он
красив! Все эти улицы такие чистые, что ходить по ним настоящее удовольствие.
Мама все время возит меня смотреть окрестности. О театрах ничего не могу тебе сказать,
потому что они закрыты из-за смерти короля Пруссии, но скоро они снова откроются,
и тогда я сообщу подробности...".
В 1845 году Амацилия вышла замуж за некоего Акилле Манара. Поначалу семейное счастье Амацилии было полным, но со временем супруги разъехались. В письмах отцу она горько жаловалась на одиночество, на то, что у нее нет детей.
В 1861 году ее муж умер, оставив вдову без средств, поскольку, как она писала, покойный "тратил и тратил". Один французский мемуарист вспоминал, как в Париже в годы империи Наполеона III графиня Самойлова, по третьему мужу графиня де Морнэ, старалась "запустить в свет хорошенькую госпожу Манара". Кажется, ей это удалось. Амацилия вторично вышла замуж за французского генерала де ла Рош Буетт. Но затем, оставшись снова вдовой, ей пришлось вернуться в Милан и провести последние годы жизни в доме для престарелых при монастыре. По иронии судьбы приют находился неподалеку от бывшего дома Самойловой, который графиня когда-то обещала завещать не только Джованнине, но и ей. Амацилия умерла незадолго до начала первой мировой войны.
История одной картины. «Всадница» Карл Брюллов, 1832
История одной картины.
«Всадница» Карл Брюллов, 1832
В последние годы первого пребывания в Италии, в 1832г К.Брюллов написал знаменитую "Всадницу", грациозно сидящую на великолепном скакуне. Скромную воспитанницу графини Ю.Самойловой — Джованину, художник осмелился изобразить так, как до него изображали только титулованных особ или прославленных полководцев.
Задумав написать «Всадницу», Брюллов поставил перед собой задачу создать большой конный портрет. В нем он использовал мотив прогулки, позволившей передать фигуру в движении.
На всем скаку останавливает всадница разгоряченного коня. Уверенная ловкость амазонки вызывает неподдельное восхищение у подбежавшей к балкону маленькой девочки, как бы призывая зрителя разделить ее восторг.
Возбуждение передается лохматой собаке ожесточенно лающей на вздыбленного коня. Взволнован и пейзаж с накренившимися от пробежавшего ветра стволами деревьев. Тревожно по небу бегут перистые облака, беспокойными пятнами ложатся на землю пробивающиеся сквозь густую листву лучи заходящего солнца.
Изображая юную девушку — Джованину и ее маленькую приятельницу — Амацилию Пачини, Брюллов создал вдохновенное полотно, воспевающее радость жизни. Очарование «Всадницы» в непосредственности того оживления, которым проникнута вся сцена, в смелости композиционного решения, в красоте предгрозового пейзажа, в блеске палитры, поражающей богатством оттенков.
В большом полотне Брюллов сумел органически увязать декоративность решения с правдивостью непосредственного наблюдения. «Всадница» по праву может быть названа образцом портрета-картины в искусстве первой половины XIX века. В этом своеобразии творческого замысла нельзя не видеть выражение смелой воли художника, нарушающего установленные традиции. Самый облик юной всадницы приобрел некоторую условную обобщенность.
Несравненно живее, чем всадница, — девочка, держащаяся за металлические перила (Амалциия Пачини — вторая приёмная дочь Ю. Самойловой).
Экспонированный в 1832 году в Риме портрет Джованины вызвал оживленный обмен мнений. Вот что говорилось, например, в одной из опубликованных тогда статей:
"Русский живописец Карл Брюллов написал портрет в натуральную величину девушки на коне и другой девочки, которая на нее смотрит. Мы не припоминаем, чтобы видели до этого конный портрет, задуманный и исполненный с таким мастерством. Конь... прекрасно нарисованный и поставленный, движется, горячится, фыркает, ржет. Девушка, которая сидит на нем, это летящий ангелочек. Художник преодолел все трудности как подлинный мастер: его кисть скользит свободно, плавно, без запинок, без напряжения; умело, с пониманием большого художника, распределяя свет, он знает, как его ослабить или усилить. Этот портрет выявляет в нем многообещающего живописца и, что еще важнее, живописца отмеченного гением".
Некоторые итальянские критики отмечали безжизненность выражения лица юной всадницы.
В появившейся в том же году статье, приписываемой Амбриозоди, говорилось:
«Если что-нибудь может показаться невероятным, так это то, что прекрасная наездница или не замечает бешеность движений лошади, или, от излишней уверенности в себе, совсем не затягивает узды и не нагибается к ней, как, быть может, было бы нужно».
«Упущение» Брюллова, замеченное современниками, находило отчасти объяснение в тех задачах, которые он ставил в этот период перед искусством большого портрета-картины.
Создателя «Всадницы» можно было бы заподозрить в неумении передать экспрессию лица, если бы не образ маленькой девочки, в порыве восторга прильнувшей к решетке балкона. На ее остреньком личике так жива игра чувств, что сразу отпадают сомнения в блестящих дарованиях Брюллова-портретиста. К началу 1830-х годов Брюллов занял одно из ведущих мест в русском и западноевропейском искусстве. Его слава выдающегося мастера портрета была закреплена «Всадницей».
Было несколько версий о том, кто изображён на картине
"Всадница" была приобретена для галереи П. М. Третьякова в 1893 году в Париже, как портрет Ю. П.Самойловой. Считалось, что это она изображена а роли всадницы.
Позже искусствоведы доказали, что это та самая картина, которую художник в списке своих работ назвал "Жованин на лошади", и что на ней изображены две воспитанницы Самойловой Джованнина и Амацилия. Установить это помогло сопоставление изображенных на "Всаднице" девочек с ними же на других брюлловских полотнах.
Это датируемый 1834 годом "Портрет графини Ю. П. Самойловой с воспитанницей Джованниной и арапчонком" и "Портрет графини Ю. П. Самойловой, удаляющейся с бала с приёмной дочерью Амацилией ", начатый в 1839 году во время их приезда в Петербург.
Повод ошибаться в том, кто представлен в образе всадницы, дал сам художник. Хотя девушка и выглядит моложе Самойловой, которой в 1832 году было около тридцати лет, но кажется старше девушки-подростка, какой Джованнина изображена рядом с графиней на этом брюлловском портрете 1834 года. Кстати, это не единственное недоразумение, связанное с определением героини "Всадницы".
В 1975 году знаменитый оперный театр "Ла Скала" выпустил книгу, посвященную выдающимся певцам, чьи голоса звучали с его сцены. "Всадницу", представили как "Романтический портрет Малибран" из Театрального музея "Ла Скала". Имя Марии Фелиситы Малибран-Гарсия, сестры Полины Виардо, принадлежит одной из самых ярких легенд в истории оперного искусства. Виртуозно владея дивным голосом, обладая горячим темпераментом и даром актерского перевоплощения в сочетании с соответствовавшей романтическому канону женской красоты внешностью стройной фигурой, бледным лицом под иссиня-черными волосами и большими сверкающими глазами, она, казалось, была создана для воплощения на сцене героинь музыкальных драм.
Страстная любительница верховой езды, Мария Малибран скончалась от ушибов, полученных при падении с лошади. Ей было двадцать восемь лет. Безвременная кончина закрепила родившуюся еще при жизни певицы легенду: один миланский адвокат, подаривший Театральному музею "Ла Скала" гравюру с картины "Всадница", счел, что на ней изображена Малибран.
Директор Театрального музея профессор Джанпьеро Тинтори сказал: "Понимаю, что вас смущает. Когда, приехав в Москву, я посетил Третьяковскую галерею, то понял, что светловолосая всадница (в жизни Джованнина была рыженькой) не может изображать жгучую брюнетку Малибран. Я говорил об этом тем, кто подбирал для книги иллюстрации, но они лишь добавили к слову "портрет" эпитет "романтический", то есть представили картину как некую фантазию на тему увлечения певицы верховой ездой".
Но кто же подлинные персонажи картины?
Обе девочек воспитывались Ю. П.Самойловой, называли ее мамой, но официально удочерены не были.
В нашей литературе о Брюллове Джованнину называют родственницей в свое время весьма известного композитора, автора множества опер, близкого друга Самойловой, Джованни Пачини. Сам Пачини в книге "Мои артистические воспоминания", называя Самойлову "благодельницей моей дочери Амацилии", о Джованнине не упоминает.
Да и Самойлова, поддерживая с ним переписку до самой его смерти, ни разу о Джованнине в письмах не обмолвилась.
В одной итальянской публикации есть ссылка на заверенную неаполитанским нотариусом дарственную, по которой дом Самойловой в Милане должен был перейти после ее смерти "сироте Джованнине Кармине Бертолотти, дочери покойного Дона Джероламо и Госпожи Клементины Перри", которую русская графиня "взяла к себе". Исходя из того, что девичья фамилия матери сироты та же, что и второго мужа Самойловой оперного певца Перри (баритон слабенький, но красавец), автор публикации высказывал предположение, что Джованнина была его племянницей.
Когда Джованнина выходила замуж за австрийского офицера, капитана гусарского полка Людвига Ашбаха, Самойлова обещала выделить ей сверх дорогого свадебного наряда и набора личных вещей приданое в сумме 250 тысяч лир под гарантию миланского дома, который, как подтверждалось новым нотариальным актом, должен был перейти в ее собственность после смерти дарительницы, но который так ей и не достался. Да и с получением денег, кажется, возникли трудности, поскольку Джованнине пришлось искать адвоката для достижения "соглашения с мамой" о переводе обещанной суммы в Прагу, куда она переехала со своим гусаром. Злого умысла со стороны Самойловой в этом быть не могло. Даже недоброжелательно настроенные к графине за проавстрийские симпатии итальянские авторы, признавали за ней необыкновенную щедрость. Но при ее широким образе жизни она часто испытывала недостаток в наличных средствах, которые поступали ей из многочисленных поместий в России.
Что касается Амацилии, то она родилась в 1828 году. Ее появление на свет стоило жизни матери. Пачини в упоминавшейся автобиографической книге писал: "В то время... меня постигло большое несчастье через три дня после родов умерла моя ангельская жена". Когда Самойлова взяла Амацилию на воспитание неизвестно, но, судя по картине "Всадница", написанной в 1832 году, уже четырехлетней она жила у нее.
Затем мы видим одиннадцатилетнюю Амацилию с Самойловой на портрете Брюллова "Портрет графини Ю. П. Самойловой, удаляющейся с бала...".
Тогда она писала отцу из Петербурга:
" Если бы, дорогой папа, ты видел этот город, как он красив! Все эти улицы такие чистые, что ходить по ним настоящее удовольствие. Мама все время возит меня смотреть окрестности. О театрах ничего не могу тебе сказать, потому что они закрыты из-за смерти короля Пруссии, но скоро они снова откроются, и тогда я сообщу подробности...".
В 1845 году Амацилия вышла замуж за некоего Акилле Манара. Поначалу семейное счастье Амацилии было полным, но со временем супруги разъехались. В письмах отцу она горько жаловалась на одиночество, на то, что у нее нет детей.
В 1861 году ее муж умер, оставив вдову без средств, поскольку, как она писала, покойный "тратил и тратил". Один французский мемуарист вспоминал, как в Париже в годы империи Наполеона III графиня Самойлова, по третьему мужу графиня де Морнэ, старалась "запустить в свет хорошенькую госпожу Манара". Кажется, ей это удалось. Амацилия вторично вышла замуж за французского генерала де ла Рош Буетт. Но затем, оставшись снова вдовой, ей пришлось вернуться в Милан и провести последние годы жизни в доме для престарелых при монастыре. По иронии судьбы приют находился неподалеку от бывшего дома Самойловой, который графиня когда-то обещала завещать не только Джованнине, но и ей. Амацилия умерла незадолго до начала первой мировой войны.
Эта картина, в своё время, стала источником как массы благожелательных и восторженных отзывов, так и красивой мишенью для большого количества критиков от искусства.
Карл Брюллов написал «Всадницу» в 1832 году по просьбе Юлии Павловны Самойловой.
О творчестве художника я уже писал на страницах сайта — Рассказывал я и о том, какое место в жизни и творчестве художника занимала великолепная графиня Самойлова — . Я настоятельно рекомендую пройти по указанным выше ссылкам – это поможет вам понять, кем были для Карла Брюллова изображенные на картине «Всадница» девушки.
Что же касается официальной версии, то на картине изображены две воспитанницы графини Самойловой. Младшая, стоящая на балконе, Амация – это дочь известного итальянского композитора Д. Паччини. Старшая (девушка на лошади) – это Джованина, двоюродная сестра Амации и, соответственно, племянница Д. Паччини.
Эти девочки были частичкой того мира, который так любил Карл Брюллов.
По замыслу Карла Брюллова «Всадница» — это большой парадный портрет, который должен был стать украшением одного из залов во дворце графини Юлии Самойловой.
Хочу весь кабинет свой украсить его чудесами.
Эти слова принадлежат горячо любимой и любящей Юлии Самойловой.
Художник стремился не просто передать портретное сходство юных красавиц – он устроил на холсте свой идеальный уютный мир, в котором всё прекрасно и безмятежно.
Если не увидеть красоту в предмете и не запечатлеть эту красоту, то вовсе нет смысла предаваться искусству.
Я решил не публиковать негативные отзывы о картине Карла Брюллова «Всадница». Критики писали о «неправильной позе всадницы», о «распущенных поводьях», о «совершенно бесстрастном лице наездницы, которое совсем не соответствует изображенной ситуации» и т.д. Мне кажется – это всё от зависти. Зависти глупой и чёрной.
Картина «Всадница» долгое время хранилась у Самойловой, однако в 1872 году было продано – Юлия Павловна Самойлова к концу своей жизни совершенно разорилась.
В 1896 году «Всадница» была приобретена для Третьяковской галереи. И это очень хорошо, что она не затерялась где-то в музеях Европы.
Художник Карл Брюллов «Всадница»
Такой и другие, не менее лестные, отзывы появлялись в итальянских газетах в 1832 году. Интерес и восхищение любителей искусства вызвала картина «Всадница. Портрет Амацилии и Джованины Пачини, воспитанниц графини Ю. П. Самойловой».
Сейчас полотно хранится в Государственной Третьяковской галерее и по-прежнему собирает перед собой зрителей. В замысле художника счастливо соединились величавость парадного портрета и простота, поэтическая одухотворенность живых, непосредственных характеров двух героинь.
Немногие знают историю создания и судьбу произведения. «Всадница» была написана в 1832 году, когда Карл Павлович Брюллов жил в Милане, на севере Италии. Близкий друг художника, состоятельная аристократка Юлия Самойлова заказала молодому мастеру портрет своих воспитанниц. Это были дочь и юная родственница умершего композитора Джузеппе Пачини. Того самого Пачини, чья опера «Последний день Помпеи» натолкнула Брюллова на тему знаменитой в будущем картины. Живописец писал двух сестер на вилле под Миланом.
В центре картины на горячем скакуне изображена Джованина Пачини. Лошадь горячится, но всадница сидит прямо и гордо, уверенная в себе. Слева от юной амазонки-балкон, на который выбежала ее младшая сестра, в глубине тенистый парк.
Общий силуэт всадницы и коня образует подобие треугольника устойчивую, издавна любимую форму построения парадного портрета. Так решали многие композиции Тициан, Веласкес, Рубенс, Ван Дейк. Под кистью Брюллова старая композиционная схема истолковывается по-новому. Художник вводит в картину фигуру ребенка. Маленькая девочка, услышав топот коня, стремительно выбежала на балкон и протянула руку через решетку. И восторг, и боязнь за наездницу выражает ее лицо. Нота живого, непосредственного чувства умеряет холодную величавость портрета, придает ему непосредственность и человечность.
Изображенный на холсте лохматый пес помогает создать впечатление того, что в картине пространство развертывается не только в глубину, но существует и перед персонажами.
Картина была выставлена в Милане, а затем ее могли видеть среди других произведений искусства гости Ю. П. Самойловой. В 1838 году любовался портретом известный русский поэт и переводчик В. А. Жуковский.
В дальнейшем следы полотна надолго теряются. Ю. П. Самойлова обеднела, из Италии переехала в Париж и увезла с собой портрет воспитанниц. Она рассталась с ним в самом конце жизни, в 1875 году. Репин, находясь летом 1874 года в Париже, писал П. М. Третьякову о том, что «у какой-то графини Самойловой здесь продается несколько вещей К. П. Брюллова...». Но он не успел купить картину.
Вторично произведение попало в поле зрения русских собирателей живописи в конце XIX века. Французский торговец картинами выставил «Всадницу», или «Амазонку», как ее еще называли, в Академии художеств в Петербурге. В 1893 году П. М. Третьяков приобрел ее для своего знаменитого собрания русской живописи. С тех пор «Всадница» украшает залы галереи.
Сегодня, глядя на это произведение, понимаешь, как был прав итальянский ценитель искусства, назвавший молодого Карла Брюллова гениальным художником только за один этот портрет. Мастер смело сочетает розовое платье девочки, бархатисто-черный цвет шерсти скакуна и белое одеяние всадницы. Брюллов дает сложную гармонию розово-красных, синевато-черных и белых оттенков. Живописец как бы намеренно выбирает не сближенные, а контрастные, особенно сложные в живописи, сочетания. Зато каждый тон разработан мастером виртуозно, во множестве тончайших градаций. Живописный слой нигде не перегружен, и это усиливает звучание краски на светлом грунте. Брюллов добился здесь особой тональной гармонии. Небрежных, вяло написанных мест в портрете нет.
Когда была создана «Всадница», Карлу Брюллову исполнилось тридцать три года. Впереди был триумф «Помпеи», серия знаменитых портретов современников, дружба с Пушкиным, Глинкой. Впереди была целая жизнь...
Описание картины Брюллова «Всадница»
Хочу начать с информации об авторе картины.
Карл Павлович Брюллов жил в начале XIX века.
Этому величайшему российскому художнику были подвластны глубокие знания в живописи, он мастерски овладел рисунком и акварелью.
Все творчество Карла Петровича можно разделить на два направления: огромные исторические полотна и не очень большие картины, сочетающие великолепное исполнение и непосредственность.
Но самое главное, самое ценное в творчестве русского художника - это его грандиозные портреты, одним из которых и является картина «Всадница».
На картине я вижу девушку, которая одета в современный (по тем меркам), богатый и роскошный костюм наездницы.
Из деталей одежды я заметил и парчовую блузку, и кружевной воротник, и юбку, которая очень длинная и свисает с лошади.
Это мне говорит о изящном вкусе героини картины.
Нельзя не обратить внимание на роскошные, аккуратные локоны волос, нежные черта лица.
Легкая вуаль тянется вдоль за ветром, как бы делая картину более плавной.
Я хочу сказать пару слов о лошади.
Я вижу, как её передние ноги оторваны от земли, как бы становясь на дыбы или готовясь к мощному старту.
Я прямо слышу лай собаки справа.
Нельзя упустить из виду и маленькую девочку с другой собакой, стоящие на парапете с аркой, и которые провожают или же наоборот встречают наездницу.
Но статичность и массивность арки вместе с парапетом не передается всей картине, так как я не могу не увидеть клочья земли, вылетающие из под копыт лошади.
Вся картина, как я понимаю, отражает бурлящий внутренний мир всадницы, но скованная дворянскими условностями он не показывает этого на своём лице.
Очень удивляют цвета, подобранные к картине.
Красный цвет сочетается с коричневым, почти черный цвет - с голубовато-лунным, а серый цвет - желтовато-голубым.
Я считаю, что автор очень грамотно подобрал эти цвета, их сочетания, что напрямую повлияло на мое восприятие этой картины.
