Наверное, всем людям, считающим себя феминистками и феминистами, в какой-то момент задавали вопрос: мы же современная страна, у нас равноправие между мужчинами и женщинами, равный доступ к образованию и работе — за что вы еще боретесь? Мне его, по крайней мере, задают регулярно. И в этой лекции я хочу поговорить о том, что же такое гендерное неравенство и как его можно преодолеть, то есть достичь гендерного равен-ства, почему равенства на уровне прав в этом случае недостаточно и, наконец, при чем здесь феминизм.
Вообще про категорию гендерного неравенства можно сказать, что она дважды значима. С одной стороны, проблематика гендерного неравенства и путей его преодоления лежит в основе академических гендерных исследова-ний и феми-нистской мысли. То есть гендерное неравенство — это категория критической теории. С другой стороны, вопросы гендерного неравенства в современном мире обрели обществен-ное и политическое значение. Серьез-ные международ-ные организации наподобие Мирового банка подсчиты-вают индексы гендер-ного равенства и составляют рейтинги стран в соответ-ствии с этим индексом. Эксперты Международного экономического форума пишут о связи между уровнем гендерного равенства в той или иной стране и уровнем ее экономиче-ского развития, а комитет министров Совета Европы совсем недавно издал междуна-родные рекомендации по борьбе с сексизмом.
Социальные и гуманитарные исследо-вания часто могут показаться оторван-ными от реальности. Но проблема гендерного равенства представляет собой в этом смысле исключение. Научные теории здесь имеют практические последствия. Разные представления о гендерном неравенстве находят свое отражение в политических решениях, и это в конечном счете сказывается на повседневной жизни мужчин и женщин.
Обычно, когда говорят о гендерном неравенстве, имеют в виду, что женщины по тому или иному парамет-ру находятся в невыгодном положении по сравне-нию с мужчинами. Например, что на тех же должностях они получают более низкую зарплату, а их шансы на карьерный рост ограничены. К проявлениям гендерного неравенства также могут относить сексуальную эксплуатацию и домашнее насилие по отношению к женщинам. Однако в действитель-ности это более сложное явление. Оно может принимать множество разных форм в зависимости от экономической и социальной структуры конкретного общества. Например, в предыдущих лекциях уже обсуждалось, что проблема гендерного неравенства может затрагивать и мужчин. В уязвимом положении могут оказаться мужчины, принадлежащие к ряду социальных групп: муж-чины с негетеросексуальной ориентацией или безработные мужчины.
В гендерных исследованиях существует три основных подхода к пониманию того, что собой представляет гендерное неравенство и как его можно преодо-леть. Эти подходы связаны с разными этапами развития феминистской мысли, с так называемыми тремя волнами феминизма. И каждый из этих подходов нашел свое воплощение в определенных политических реше-ниях. Об этих пересечениях волн феминизма, гендерной политики и представлений о ген-дерном неравенстве мы дальше и поговорим.
Итак, первое и, наверное, наиболее привычное для нас определение гендерного неравенства было сформулировано в конце XIX — начале ХХ века в рамках движения суфражисток, которое также принято называть первой волной феминизма. На повестке дня суфражисток стоял вопрос о том, чтобы женщины стали гражданами на равных с мужчинами условиях, то есть обрели права, которые мы сегодня считаем само собой разумеющимися: право на образова-ние, право на владение имуществом, избирательное право. Еще в 1792 году провозвестница данного подхода британка Мэри Уолстонкрафт высказывала радикальные для своего времени суждения о том, что женщины занимают незавидное положение в обществе не потому, что они глупее мужчин, а потому, что они поражены в правах, в частности ограничены в доступе к образованию. В основе данного подхода — идея, что гендерное равенство будет достигнуто, когда к людям независимо от их пола будет применяться один и тот же набор законов и правил. Это по сути своей либеральный взгляд. Также данный подход ассоциируют с равными возможностями для мужчин и для женщин в том смысле, что на уровне закона им гарантирована одина-ковая стартовая позиция, а то, как они реализуют имеющиеся права и чего достигнут, — это уже вопрос их индивидуальных способностей и мотивации. Воплощение в жизнь этого взгляда на гендерное равенство и успехи женщин в борьбе за свои права стали крайне важным этапом социального развития.
Однако по мере того как женщины в разных странах стали добиваться равноправия с мужчинами, становилось очевидно: равенства на уровне закона недостаточно для того, чтобы мужчины и женщины на самом деле стали равны. Так, Советский Союз был весьма передовым государством в смысле обеспечения равной платы за равный труд и мужчин, и женщин, вообще в смысле привлечения женщин к производственной деятельности. Согласно переписи населения 1970 года, 82 % советских женщин трудоспособ-ного возраста были заняты на произ-вод-стве. Однако, возвращаясь домой, работ-ницы сталкивались с необходи-мостью отработать полноценную вторую смену, заботясь о детях и занимаясь домашними делами. Вряд ли в этом случае можно было по-настоящему говорить о равенстве полов. В Европе и США примерно в этот же период, в 60-70-е годы прошлого века, разворачивается интел-лектуаль-ное и активистское движение, получившее название второй волны феминизма. В фокусе этого движения также была проблема гендерного неравенства, однако новое поколение феминисток увидело корень этой проблемы не только в области правовых норм, но и в области повседневной жизни, которая у мужчин и у женщин организована очень по-разному. И дело здесь не только в биологических различиях или законодательстве. При патри-архате существуют культурные и социальные ограничения, которые мешают женщинам пользоваться своими правами, связанными с публичной сферой, а мужчинам — правами в области заботы. Это неписаные нормы, но они тем не менее определяют наши действия. Например, в России и мужчины, и жен-щины имеют право на отпуск по уходу за ребенком. Но на уровне стереотипов правильной и нормальной считается ситуация, когда о ребенке заботится мать. В результате в абсолютном большинстве случаев отпуск по уходу за новорож-денным в семьях берут именно женщины.
Мне однажды встретилась в интернете ироничная картинка. На ней было представлено воображаемое соревно-вание между слоном, обезьяной, золотой рыбкой и пингвином, а также был дан комментарий судьи: чтобы соревнова-ние было максимально честным, задание для всех одно — залезть на верхушку вон того дерева. Когда мы понимаем гендерное равенство как равенство прав, то есть как равенство правил на старте, мы оказываемся в позиции этого судьи. Ведь даже если правила одинаковые, оказывается, что они лучше соответст-вуют образу жизни одних людей, чем образу жизни других. Так, даже в ситуа-ции равных прав женщина, на которой лежит дополнительная ответствен-ность по заботе о детях, не может строить карьеру действительно на равных с мужчиной. И даже женщины без семейных обязанностей могут страдать в данном случае от дискриминации, ведь к ним нередко предвзято относятся при найме, так как видят в них в первую очередь потенциальных матерей, для которых трудовые обязанности, предположительно, менее важны, чем семей-ные. Таким образом, при равенстве прав на практике гендерное неравенство сохраняется. Оказывается, что женщины всегда как бы не дотяги-вают до муж-ской нормы. Они недостаточно хорошие работники, поскольку отвлекаются на семью.
Как добиться гендерного равенства, но при этом учесть отличия в социаль-ном опыте мужчин и женщин? Этот вопрос стал одним из основных для феми-низма второй волны. Предложенное решение — признать, что даже при равен-стве прав женский опыт отличается от мужского. И на уровне практик часто сохраняется дискриминация по признаку пола. Для достижения гендерного равенства с точки зрения данного подхода необходимы не равные права, но позитив-ные действия, то, что по-английски называется affirmative action, которые учитывают гендерные различия при формулировании критериев трудоустройства, продвижения по службе или участия в политике. Подобное понимание гендерного равенства находит свое воплощение, например, в идее квот для женщин в законодательных органах или, наоборот, в мерах семейной политики, которые, как в Швеции, стимулируют отцов брать отпуск по уходу за ребенком. Это значит, что теперь мы воспринимаем гендерное равенство не как равенство возможностей, но как равенство результата. Если мы пони-маем, что при патриархате женщинам сложнее сделать карьеру, то для дости-жения равенства в сфере труда нам нужно отдавать предпочтение женщинам при найме на работу. Если мы пони-маем, что отцы мало вовлечены в заботу о детях, нужно не просто гарантировать их родительские права, но, скажем, предоставлять им дополнительный месяц отпуска по уходу за ребенком. Нам как бы нужно намеренно сместить баланс в противоположную сторону, осуществить некий перегиб.
Надо заметить, что в конце ХХ века феминистская повестка становится гораздо более многоголосой, чем в XIX веке. Многие феминистки продолжают бороться в первую очередь за права женщин — их большую представленность в поли-тике, а также в профессиях, где традиционно доминируют мужчины. Для дру-гих феминисток самыми значимыми проблемами становятся сексуальное насилие, проституция, порнография, проблема сексизма в СМИ и сексуаль-ные домогательства на работе. Третьи сосредотачиваются на том, чтобы изменить само наше видение гендера, изменить наши знания и способ говорения о муж-чинах и женщинах. С последним из этих направлений, которое представлено постструктура-листским феминизмом и постколони-аль-ным феминизмом, связан следую-щий шаг в осмыслении проблемы гендерного неравенства. Как и в пре-дыдущих случаях, этот подход вырос из критики более ранних подходов. В 1990-х годах феминистские авторы пришли к двум важным выводам. Первый из них — что сводить проблему гендерного неравенства к неравенству между двумя полами неверно. Гендер-ное неравенство сущест-вует не только между мужчинами и женщинами: крайне значимо и неравен-ство между разными группами мужчин и женщин. Давайте представим себе с одной стороны состоятельную женщину-профессионала, которая может нанять няню для своего ребенка, и с другой стороны — саму эту няню, которая, осуществляя труд заботы, не развивает свою профессиональную карьеру. Весьма вероятно, что это вообще няня-мигрантка, которая оставила собст-венную семью в далекой стране ради того, чтобы ухаживать за чужими детьми. Очевидно, что нельзя объеди-нять этих двух людей в одну универсаль-ную категорию «женщины, заботящиеся о детях» и говорить о том, что обе эти женщины переживают схожий опыт неравенства. Важной здесь становится метафора перекрестка, по-английски intersection. Эту метафору и связанную с ней категорию интерсек-циональности в научный оборот ввела американская исследовательница Кимберли Креншоу, которая изучала трудовую дискрими-нацию по отноше-нию к афроамериканкам. Интерсекцио-нальный подход к гендерному неравенству говорит нам о том, что в обществе существуют особенно уязвимые позиции, которые возникают на пересечении нескольких осей неравенства: неравенства по гендер-ному, классовому, этническому и иным признакам.
Второй важный тезис, выдвинутый в рамках третьей волны феминизма, состоит в том, что необходимо вовсе уйти от мужской нормы, которая находилась в центре всех предыдущих дискуссий о гендерном неравенстве. С этой точки зрения первая волна феминизма была про то, чтобы встроить женщин в мужскую систему прав, вторая волна была про то, чтобы признать отличия женщин от мужской нормы и каким-то образом это отличие компенсировать. Феминистки третьей волны предлагают уйти от бесконеч-ного обсуждения двух полов, один из которых находится в привилегиро-ван-ном положении, а второй — в угнетенном, одному предписана функция добытчика, а другому — роль заботящейся. Новая модель предлагает признать множество гендерных различий, то, что называется diversity, как основу гендерного равенства. В рамках этого подхода к гендерному неравенству мы больше не можем говорить о мужчинах вообще и женщи-нах вообще, а также о том, что первые всегда угнетают вторых. Постмодер-нистский феминизм Постмодернистский феминизм — направ-ление феминистской мысли, сформировавшееся под влиянием постмодернизма и постструктурализма. Для постмодернистского феминизма характерны взгляд на гендер как дис-курсивный конструкт, критика норматив-ности и признание множества различ-ных гендеров. и квир-теория Квир-теория — интеллектуальный проект, сложившийся в 1980-90-е годы. Квир-теория ставит под сомнение привычные категории (мужчина, женщина, гей, лесбиянка) и оппозиции (гомосексуальность — гетеросексуаль-ность). В ее основе — проблематизация связи между полом, гендером и сексуальностью; восприятие гендер-ной идентичности как текучей, изменчивой, всегда находящейся в процессе становления. ставят под вопрос привычный гендер-ный порядок, создают новые гендерные категории, говорят о множестве изменчивых гендерных идентич-ностей. На уровне политических решений этот взгляд на гендерное неравен-ство воплощается в концепции гендерного мейнстриминга и в принципе признания гендерных различий — собственно, принципе gender diversity. В первом случае речь идет о том, что при осуществлении любых политических действий необходимо учитывать гендерную перспективу, оценивать с точки зрения гендера практические последствия разных программ и инициатив, а также сам язык, на котором эти программы написаны. Второй принцип предпола-гает равную представленность всех гендеров в разных сферах социаль-ной жизни — мужчин, женщин, но также, например, и людей с небинарной гендерной идентичностью.
Признание всей сложности гендерных отношений, конечно, выглядит хорошо на бумаге. Но основная сложность здесь состоит в том, как реализовать эту концепцию на практике, как перейти от принципов к действию.
Итак, подходов к гендерному равенству много, и в современном обществе уже наивно сводить гендерное равенство только к равенству прав мужчин и жен-щин (хотя некоторым странам и этого еще нужно достичь). Но при всех разли-чиях во взглядах все исследователи сходятся в том, что гендерное неравен-ство — это не индивидуальная пробле-ма и не проблема, затрагиваю-щая исклю-чительно женщин. Гендерное неравенство встроено в структуру общества и проявляется на уровне семьи, работы, политики, искусства, в самом языке, на котором мы говорим. В этом смысле противодействие гендерному неравенству — это наша общая задача.
Раз за разом в комментариях и в письмах женщины пишут в редакцию Психологоса возмущенные послания.
Здравствуйте. Скажите пожалуйста, мужчины - это что, какие-то эксперты? Они на ярмарке невест, что-ли? Это они выбирают, а женщины только развиваются и развиваются, работают и работают над собой? Мужикам это не надо? Спасибо, что не гей, не извращенец, не женат и т.п. Но ведь женщины лучше. Почему они должны быть в положении подчиненных? С чего бы это?
Уважаемые мужчины, вам нужно понять, что времена изменились. Все продолжают по старинке считать, что женщина создана для того, чтобы создавать мужчинам комфортные условия, готовить им и "дарить власть". Ваши взгляды не применимы к браку: союзу двух равных людей. Дети слушаются родителей, потому что родители умнее и опытнее (кстати, когда дети вырастают, то уже родители слушаются их), генерал выше стоит, чем рядовой солдат. К сожалению, у мужчины нет ничего, что априори ставило бы его выше женщины: нельзя сказать, что мужчина по умолчанию умнее, опытнее и так далее. Если в конкретной ситуации муж будет пожилой и умный, а жена - юная и неопытная, она будет его слушать, потому что он как человек опытнее и умнее ее. А если супруги близки по возрасту, по степени образования, по интеллекту, почему один обязан подчиняться другому и "дарить власть"?
Действительно, почему мужчины ставят женщин в подчиненное положение?
Почему статьи на Психологосе (и не только на Психологосе) по факту исходят из того, что мужчины находятся в каком-то привилегированном положении, что женщины должны под них подлаживаться, как будто они существа какого-то второго сорта?
Потому что те, кто на рынке пользуется большим спросом, могут диктовать свои условия. В юные годы преимущество чаще на стороне очаровательных девушек, которые могут диктовать свои условия влюбленным в них неловким юношам. Здесь неравенство в пользу женщин. В зрелые года ситуация меняется, и в более выигрышной ситуации оказываются увернные и хорошо зарабатывающие мужчины. Однако женщины, которые вкладываются в свое развитие, могут изменить эту ситуацию и могут выстраивать свои отношения с мужчинами - на равных. Это не просто, но возможно.
Это - если коротко. А теперь обо всем этом подробнее.
Первое. Я искренне убежден, что ни о каком преимуществе мужчин перед женщинами говорить нельзя. Мы все разные. Среди мужчин есть и умные, и недалекие люди, люди порядочные и нет, живущие как люди и как животные. Также и женщины: это не только блондинки как героини анекдотов, это и Жанна д"Арк, это жены декабристов, это Софья Ковалевская, Хеди Ламар , мать Тереза , Маргарет Тетчер, Ангела Меркель и многие-многие другие удивительные женщины, которыми можно только восхищаться и до которых большинству мужчин даже близко не дотянуться. Мы все разные. Разница между особями в мужской и женской популяции по отдельности больше, чем разница между среднестатистическим мужчиной и среднестатистической женщиной. В любом случае, женщины не уступают мужчинам в интеллекте, а если мужчины лучше разбираются в предметном мире, то женщины лучше разбираются в мире отношений. Мужчины лучше водят машину, но на кухне они хуже малых детей и не знают, в какой кастрюльке - эмалированной или стальной - нужно варить кашу, чтобы она не пригорала. Мужчинам и женщинам меряться "кто лучше, а кто хуже" - дело глупое и неблагодарное.
Второе. В современной культуре мужчины и женщины воспитываются по-разному. Если мальчиков воспитывают, как мужчин, а девочек - как девочек, то уже к восемнадцати годам перед нами очень разные существа. Да, молодые люди и девушки имеют примерно равно развитый интеллект и схожий уровень образования, при этом мальчиков (повторю, если их воспитывали по мужским лекалам) приучили в трудной ситуации думать, а не переживать, принимать решения, а не расстраиваться. Мужчин учили идти вперед и чуть что - не плакать. Мужчины - не плачут . Девочек сегодня учат другим вещам, и вы знаете, что девочки этому хорошо учатся. Девочки учатся жить чувствами, чуть что - расстраиваться, а в ситуации трудных выборов переживать и искать ответ внутри себя, вместо того чтобы спокойно разобраться, посчитать риски и вовремя принять наиболее оптимальное решение. В конце концов, мальчикам с детства внушали, что они умнее девочек и их дело - бизнес, а девочкам с детства покупали куклы и колясочки, ориентировали на роль жены и матери и рассказывали, что с мальчиками лучше не спорить и вообще умничать девочке не к лицу. Девочки начинают играть роль "немного дурочки" просто потому, что их так воспитали, а когда это сложилось в традицию, то девушке легче (дешевле) это принять, нежели воевать с этим и доказывать каждому упертому мужику, что он ничуть ее не умнее.
Третье. В возрасте 16 - 20 лет, отвечая на влюбленные глаза юношей, как раз молодые девушки ведут себя как привилегированные особы, под желания и капризы которых юноши, как существа второго сорта, должны подлаживаться. Ей опаздывать и обижаться можно, ему - с какой стати? Она может капризничать и топать ножкой, а он должен ждать, пока она сменит гнев на милость. Почему? Разве молодые люди чем-то хуже молоденьких девушек, разве у них хуже с интеллектом? Вы знаете, что дело вовсе не в этом. Просто молодые люди в этом возрасте сексуально напряжены, а женщин найти им себе затруднительно, в то время как девушки замуж еще не торопятся, а привлекательных и более взрослых мужчин вокруг них крутится уже достаточно. Это законы рынка: тот, кто больше заинтересован, в отношениях более уязвим, а тот, кто имеет больше предложений, в отношениях может в большей степени диктовать свои условия. У молодых людей в этом возрасте невыгодная рыночная позиция, и они вынуждены подлаживаться под то, что будут диктовать им девушки.
А кто будет настаивать на равенстве и качать права - будет спать не с девушкой, а с открытой форточкой.
Четвертое. Где-то с возраста 30 лет рыночная ситуация меняется. Девушки с рынка отношений переходят на брачный рынок, им уже хочется замуж, а мужчины по прежнему хотят женщин, а не семью. Не будем обсуждать, кто воспитывал таких мужчин, но этот факт общеизвестен: в то время, как женщинам пора выходить замуж, мужчины создавать семью не торопятся. Они не хотят. Зачем?
Женщины хотят замуж, женщинам нужно замуж - а мужчинам не нужно и они не хотят. Какие из этого будут следствия? Очевидные: если женщине нужна семья, она должна проявляться инициативу и она должна вести себя так, чтобы мужчина согласился даже на семью. Какое после этого равенство?
К этому добавляется еще более неприятное обстоятельство, подробно описанное нами в статье "Элитная женщина как жизненная перспектива ": на одного нормального мужчину, с которым можно создать семью, в среднем приходится две женщины, желающие выйти замуж. Итого, начиная с возраста около 30 лет, в невыгодной рыночной ситуации оказываются теперь женщины. Теперь у мужчин больше предложений со стороны женщин, а женщины, как заинтересованная сторона, вынуждены подлаживаться под то, что теперь диктуют им мужчины.
Неравенство мужчин и женщин - это не придумка того или иного автора, а объективные обстоятельства брачного рынка. Задайте себе вопрос: если ваша фирма продает принтеры и у нее мало клиентов, вы будете обижаться на капризных клиентов или работать над качеством принтеров? Так вот: если женщина хочет замуж, она находится на рынке брачных услуг, который живет по своим законам. Если вам не нравится рынок - не ходите на него. Но если вы на него пришли, глупо сердиться на невыгодную для вас динамику спроса и предложения. Хочешь продвигать свой товар - учитывай динамику спроса и предложения. Сделай так, чтобы твой товар покупали!
Не хотите замуж - ваше право.
Но если хотите и собрались, будьте готовы соответствовать требованиям.
Женщина старается найти то, что привлечет мужское внимание именно к ней, что окажется её максимально привлекательным торговым предложением. А что в первую очередь растапливает мужское сердце, если это не рыцарь, а обычный Вася? Васе не нужно ничего невероятного: его нужно покормить, развлечь, секс и чтобы слушалась. Покормить Васю не тяжело, развлечь его не сложно, секс - мы не против сами, а перечить по пустякам правда глупо. Однако учет требований рынка - это одно, а капитуляция перед мужчинами - это другое. Женщины недалекие, живущие страхами "вот вообще не выйду замуж", начинают демпинговать, забывая о каком-либо уважении к себе и соглашаясь на заведомо невыгодные для себя условия. Мужику приятно чувствовать себя умнее ее - она играет дурочку, он невнимателен к ней и грубоват - она это пропускает ... Это - тупиковый путь. Если женщина не уважает себя, её не будут уважать и мужчины.
Единственный ли этот путь? Слава богу, нет. Женщины более мудрые не торопятся выйти замуж абы за кого, развивают себя как личность, учатся быть Королевой и попадают в нишу эксклюзива, где уже не они охотятся за мужчинами, а мужчины борются за право оказаться рядом с ней. Королева выступает вне конкурса, ей предлагают руку Короли, и на этом уровне правит их отношениями уже уважение и любовь, а не рынок. Между людьми более высокого уровня подстройки друг к другу уже не покупка, а подарок. Это - прекрасно!
Только много ли среди нас Королей и Королев? Да, мало. И поэтому для всех остальных женщин, к сожалению, остается только рынок. И если женщина хочет не только выйти замуж, но и удерживать отношения после миража влюбленности, ей приходится учить волшебную мантру "Да, милый", "Конечно, дорогой", "Как ты скажешь, так и будет, любимый!". Да, это не всегда справедливо, учитывая мужские косяки, но по крайней мере прекращает ненужные разногласия и ссоры.
А завершить хотел бы снова разговором о любви. Я самый счастливый мужчина на свете, потому что рядом со мной живет прекрасная женщина. Я ее люблю, она моя жена, и она любит меня. А еще - она мне доверяет, потому что мы живем вместе уже много-много лет. И когда я понял и почувствовал, что могу стать главой семьи, я стал сам решать, какие вопросы мы обсуждаем, а какие вопросы Марина или я решаем без обсуждений. Я руководитель уже тридцать лет, и руководить семьей мне не сложно. Я это умею делать хорошо. Когда нужно, мы все обсуждаем, я внимательно Марину слушаю, часто с нею соглашаюсь. Когда же я уверен, что обсуждать ничего не нужно, я просто говорю, как мы решим этот вопрос, и вопрос на этом считается решенным. Личная ответственность за самые трудные решения - на мне. Называть это неравенством? Мы называем это заботой. Я беру на себя эту трудную работу, чтобы у нас в семье всегда был лад, уважение и взаимопонимание. У нас, кажется, это получается очень хорошо.Скажите, ответил ли я на ваши вопросы? Что вам хотелось бы уточнить?
Видео от Яны Счастье : интервью с профессором психологии Н.И. Козловым
Темы беседы: Какой женщиной нужно быть, что успешно выйти замуж? Сколько раз женятся мужчины? Почему нормальных мужчин мало? Чайлдфри. Воспитание детей. Что такое Любовь? Сказка, которой бы лучше не было. Плата за возможность быть рядом с красивой женщиной.
Есть старый и очень жизненный анекдот: "Женщина только тогда сравняется с мужчиной, когда сможет пройтись по улице, лысая, пьяненькая, с пивным брюшком и при этом полностью уверенная в своей неотразимости".
Наше поколение привыкло слышать, что все люди должны быть непременно равны. Но если отказаться от стереотипа XX века и попытаться посмотреть на это не предвзято, легко может возникнуть вопрос: нужно ли женщине равняться с мужчиной? Разница, которая существует между полами, совершенно естественна, у нас разное жизненное предназначение.
Равенства между полами не существует в природе и поэтому бороться за него - бессмысленно. Да, по Конституции все люди равны, но политические права - это совершенно другое. Все мы, и мужчины, и женщины, имеем право пойти на выборы и торжественно отдать свои голоса за понравившегося кандидата. Все мы имеем право на получение пенсии по достижении определённого количества лет, на проживание там, где нам нравится. Но те блага, которые даёт Конституция, не превращают женщину в мужчину.
Все предыдущие века женщина оставалась женщиной. Она была матерью, занималась домом и семьёй, и это - огромная работа и ответственность. Недаром современные женщины хотят её избежать, потому что проще каждый день по восемь часов заниматься какой-то определенной работой на производстве, чем работать в своём доме и в своей семье с утра до поздней ночи. У женщины-домохозяйки нет ни выходных, ни праздников, минимум 12 часов в сутки она занята, и занята так, что никакому работающему мужчине не снилось. Это он отработал, пришёл и лёг на диван, а домохозяйке прилечь некогда. Именно потому, что домашняя работа была достаточно серьёзной и тяжёлой, все предыдущие века существовало чёткое разделение: мужчина содержал семью, защищал, охранял, зарабатывал деньги, а женщина имела возможность выполнять свой женский труд в семье. Женщина не роптала, потому что её содержали, о ней заботились, она могла заниматься своими детьми и домашними делами, больше ни на что не отвлекаясь.
Сейчас, благодаря эмансипации, все мы стали как бы равны, все мы имеем право делать одно и то же, но на деле получается, что женщина "имеет право" делать мужскую работу (зарабатывать деньги, защищать, охранять), и при этом она должна обслуживать семью. Иными словами, она делает всё то же самое, что делала в предыдущие века, плюс ту работу, которую ей навязли так называемым равноправием. Но никаких положительных плодов от подобного равноправия на самом деле не существует.
Кто-нибудь может возразить мне и сказать: женщина сейчас имеет право быть президентом. А разве в прошлом было мало королев и княгинь, которые правили своими народами? Кстати, правящих королев в истории гораздо больше, чем женщин-президентов. Например, в таких мировых державах, как СССР-Россия или США женщин-президентов или генеральных секретарей, не было ни одной. В "век равноправия" у власти всё равно остаются мужчины.
Современная женщина полна иллюзий, что она свободна, и заявляет, что только в наше время она может быть кем угодно: "Захочу - буду светской львицей, захочу - шахтёром" - как написала мне одна из оппонентов. Вот только на деле она, эта современная женщина, уже не сможет быть ни тем, ни другим. На шахтёра у неё сил не хватит, на светскую львицу не хватит воспитания. Женщина лишь занимается самообманом, потому что ей полтора последних века внушали, что она должна бороться "за право выбора".
Мне такие фразы кажутся какой-то странной инфантильностью. Вспоминается старый советский фильм "Девчата", где одна девушка, выросшая в детдоме, попадает во взрослую жизнь и заявляет: "Что хочу теперь - то и делаю: хочу халву ем, хочу - пряники". Сейчас подобная инфантильность присутствует в подавляющем большинстве взрослых людей. Так их воспитывали весь XX век, вырабатывая и у женщин и у мужчин иллюзию, будто сейчас у них больше выбора, чем было раньше. На самом деле женщина могла урабатываться в любое время: женщины-шахтёры существовали и в 18 веке, например, в Англии. Только тогда они становились шахтёрами из горькой нужды, если никто из мужчин не мог обеспечить им и их детям достойное существование. Отличие нашего времени от всех предыдущих эпох лишь в том, что сейчас быть только домохозяйкой для женщины стало "не престижно" и даже унизительно. Слово "домохозяйка" стало синонимом "неудачницы". Мужчина уже не хочет содержать женщину, а сам норовит пристроиться так, чтобы его кто-нибудь содержал. При таком положении, женщине приходится брать на себя мужскую работу. Н.С. Лесков ещё в 1870 году, в своём романе "На ножах", писал: "...значение женщины в так называемый "наш век" едва ли возвеличено тем, что ей, разжалованной царице, позволили быть работницей!" Но сейчас это считается достижением.
Итак, своё "право на труд" женщины отстояли, как бы ни абсурдно это звучало. Теперь они могут прибавить к своему домашнему труду ещё и труд на каком-нибудь заводе. Но даже такой свободы показалось мало. За что ещё можно бороться современной женщине? Вот за аборты, например. То есть, за право женщины не быть женщиной и убивать своих ещё нерождённых детей. Или можно бороться за право женщины сделать пластическую операцию и создать иллюзию того, что она - мужчина (мужчины, кстати, сейчас тоже активно борются за право не быть мужчинами). Всё это - результат современного воспитания. Если в XIX веке женщина была - прекрасный пол, то сейчас, постоянно сравнивая её с мужчиной, общество подводит её к тому, что она - какой-то недочеловек. Из прекрасного пола она превратилась в нечто презираемое. Со знака плюс она ухнула сразу на знак минус, и поэтому некоторые неразумные девочки хотят поменять пол, чтобы "соответствовать званию человека". Если бы они захотели что-то подобное в XIX веке - их сочли бы сумасшедшими. А теперь они не сумасшедшие, они - продукт современного менталитета. В результате, при прогрессировании "равноправия" всё общество стало относиться к женщине пренебрежительно, перестало уважать её женскую домашнюю работу, перестало уважать в женщине мать. Неуважение материнства началось вместе с всеобщей трудовой повинностью, когда женщина должна была идти на производство, работала до семи месяцев беременности, и освобождали её от работы только на два последних месяца. Отпуск по беременности и родам был очень небольшой: 56 дней до родов и 56 дней - после, чтобы по максимуму можно было задействовать женщину на производстве. Только в 80-е годы советские женщины получили право на дополнительный отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет. Женщина обязана была бросить ребёнка в какие-нибудь ясли и вернуться на производство, иначе она теряла стаж, а подчас и саму работу. Подобное неуважение материнства длилось почти весь XX век. И современная женщина, оставаясь женщиной, ощущает себя недочеловеком, если только она не сделала себе карьеру ибо семья и дети - это никакая не карьера. Ещё в XIX веке она гордилась собой, перед женщиной мужчина снимал шляпу. А сейчас кто снимет перед ней шляпу?
Современная женщина, возможно, более унижена, нежели наложница в гареме. В гареме жёны какого-нибудь султана жили, одеваясь в шелка и драгоценности, в неге и довольстве, сытые и толстые. Попробовал бы кто-нибудь проявить неуважение к жене султана - тут же оказался бы на колу или на плахе. Как раз неуважение - это признак современности, когда женщину могут толкнуть, избить, оттеснить от трамвая, чтобы проскочить самому, обругать, отпихнуть её от места и сесть самому. Это совершенно невероятное поведение для 19 века или предшествующих веков, потому что тогда так вели себя с женщинами только негодяи. Но сейчас это нормально и женщины порой даже гордятся этим. Я помню, как одна моя знакомая искренне говорила, что она гордится, что ей не уступают место в транспорте, потому что это для неё свидетельствует о том, что её "считают за нормального человека". Вот такое извращённое понятие о гордости свойственно современной женщине.
Мужчина и женщина не могут быть равны. У каждого своя работа. Женщина не должна делать мужскую работу, мужчина не будет рожать детей. Есть особенности пола, которые даны человеку, в попытках это изменить нет смысла.
Мне могут возразить тем, что хотя в XIX веке были некоторые слои населения, у которых женщины занимались только домашней работой (большинство горожан, например), но вот среди сельских жителей, которых в любой стране большинство, женщина вынуждена участвовать в сельскохозяйственных работах. Но крестьянство тоже было очень разное. Были хорошие хозяева, которые не выгоняли своих женщин в поле. А вот среди крестьянских низов - плохих хозяев, пьяниц, бездельников, которые не могут или не хотят организовать работу правильно - у таких крестьян женщины вынуждены были работать на более тяжёлой сельскохозяйственной работе. В нормальной семье пока мужчина в поле - женщина должна готовить ему обед, иначе он останется голодный. Вся суть в том, что должно быть разделение труда. Если мужчина не в состоянии руководить хозяйством, если не может поставить его так, чтобы было разделение труда, то семья его не будет полноценной. Как женщина будет рожать и воспитывать детей, если она вынуждена пахать в поле? Её ждёт участь жены из фильма "Поселенцы" (реж. Ян Труэль, Швеция, 1972 год), где глава семьи, у которого никак не складывалось собственное хозяйство в Швеции, решил в корне поменять жизнь и увёз всю семью в Америку. Но в Америке он точно так же не может создать хорошего хозяйства, или не хочет ничего менять в образе жизни, к которому привык. Его жена трудится наравне с ним, продолжая рожать детей, надрывается и умирает раньше времени. Даже на плодородной, благодарной земле, где можно жить гораздо лучше, человек не может организовать должное разделение труда - и в результате гробит женщину, как более слабое и неприспособленное к двойным нагрузкам существо.
Нормальная крестьянская семья не будет выгонять женщину на сельхозработы, потому что у той достаточно обязанностей по дому. Какой кулак свою жену погонит в поле? Он предпочтёт, чтобы жена приготовила ему еду, сшила новую одежду, содержала в порядке дом и детей. Но почему именно в крестьянской среде мы часто видим такое явление, как женщина на тяжёлых полевых работах? Мужчина более обеспеченных классов традиционна женился взрослым человеком, когда он уже получил хорошую должность или организовал своё дело, приобрёл устойчивое положение в обществе, которое гарантировало бы его семье хорошую жизнь. Но в крестьянской традиции брак совершался совсем по-другому. Когда мальчику исполнялось 12-13 лет, ему шили штаны - и он считался женихом, у девочки проходили первые месячные - она уже невеста. Таких подростков тут же женили и каким этот мальчик вырастет мужем и хозяином - никто не знал: может быть работягой, а может - пьяницей. Результат такой традиции - большой процент нерадивых хозяев в деревне, которые не могут достойно содержать семью и вся тяжесть труда в таких семьях ложится на женские плечи. В других сословиях женщина будет работать, только если потеряла кормильца.
Вернёмся к ХХ веку. При всеобщей уравниловке появляются различные проблемы. Пока женщина остаётся матерью и хранительницей семейного очага, воспитывает детей, а мужчина работает - всё нормально. Конечно, есть и была масса мужчин, которые не могут содержать семью, и тем не менее стремятся её создать. Ничего хорошего в таком случае не получается. Сейчас такое видишь очень часто. Мужчина не может или не хочет обеспечивать семью. При таком положении, женщина вынуждена работать, и работать очень много. А женщина учится на своих и чужих ошибках и думает: "Зачем мне это надо? Зачем мне семья, когда придётся тащить на себе мужа и детей, и плюс к этому ещё работать на нескольких работах, чтобы всех их прокормить?" В результате, современная семья, созданная на основе равноправия полов, становится очень недолговечной. По сведениям из Демоскопа, на 1000 зарегистрированных браков в 2012 году приходится 529 зарегистрированных разводов Каждый третий ребенок рождается вне брака. Семья становится не нужна, а из-за этого разваливается и всё общество.
В чём корень бед? Некоторые говорят: "Бабы виноваты, они заняли все руководящие должности". На деле мы видим, что императриц в предшествующие века было гораздо больше, чем нынешних женщин президентов и в этом наше равноправие отнюдь не прогрессирует, зато прогрессирует в другом - мужчине всё чаще лень содержать семью и он взваливает на женщину кроме её собственных ещё и свои обязанности. Семья для женщины становится бессмысленной и очень тяжёлой и потому она всё чаще от неё отказывается. Мужчина перестал выполнять свою функцию руководителя семьи, человека, который должен содержать жену и детей и обеспечить разделение труда. Он больше не хочет "в поте лица своего добывать хлеб" - и женщине самой приходится его добывать, потому что хлеб нужен, а добывать его больше некому.
Мужчина сейчас часто не заводит семью, потому что не хочет нести даже маленькую ответственность за неё. Ему гораздо больше нравятся беспорядочные отношения, он норовит пристроиться так, чтобы женщина его содержала. Но такие мужчины были во все времена, и просто не женились. И общество их осуждало. А теперь, при "равноправии" такое поведение как бы нормально.
Поскольку мужчина, по своим физиологическим особенностям, всё равно нуждается в женщине, он будет стремиться к сексу, но при этом стремиться избежать ответственности за семью. Такое желание получило отражение в современном искусстве (кино, книги, музыка) и средствах массовой информации. Женщине старательно внушают всеми возможными путями, что ей нужен секс и что семья существует только ради удовлетворения физиологической потребности в сексе, а вовсе не для продолжения рода. Полноценная, настоящая семья отходит в прошлое, ребёнка, если он всё-таки родится, будет вынуждена растить и воспитывать одна мать, а это тяжело и денежно. Отсюда идёт стремление женщин делать аборты. Всё чаще в отношениях мужчин и женщин на первое место ставится секс. Женщине внушают: это нужно "для здоровья", "для того, чтобы быть полноценной женщиной", "чтобы подруги не смотрели как на неудачницу", "чтобы все уважали"... И женщина, как существо, которому свойственно подчиняться, соглашается и сама себе уже начинает внушать, что ей "нужен секс". И если она секса не имеет, то начинает скрывать это, стесняться и комплексовать. Этой податливости есть и логическое объяснение: женщина создана для семьи, в ней всё ещё живо стремление иметь мужа, мужчину, в котором можно найти защиту и помощь, быть продолжательницей человеческого рода. Она может не осознавать этого, но в ней ещё не окончательно убито её первейшее предназначение - быть женой и матерью. Ей подсознательно нужна хоть какая-то семья, а значит, хоть какие-то отношения.
Понятие семьи слишком часто заменяется понятием "секс". Наверное, такой разгул гомосексуализма сейчас - тоже результат необходимости секса: семья не нужна - нужен половой партнёр, а сексом лучше заниматься с кем-то бесплодным, не обременяя себя детьми. Да, у гомосексуалистов иногда возникает странное желание взять чужого ребёнка на воспитание. Но подоплёка этому - вовсе не то, что мужчина-гомосексуалист хочет почувствовать себя матерью, или женщина хочет, не рожая сама, получить ребёнка. Скорее всего, это просто стремление вырастить ещё одного гомосексуалиста, с которым можно будет заниматься сексом.
Отойдём от темы гомосексуализма и вернёмся к так называемой "свободе" современной женщины.
Главное заблуждение нашего времени: считать, что женщина впервые свободна за всё время существования человечества, а до этого она была чуть ли не в рабстве. Якобы она была несвободна, а сейчас - свободна. Именно сейчас женщину со всех сторон пытаются заставить делать то, что ей всегда было чуждо. Её убеждают, что она должна заниматься свободным сексом без семьи и брака, что она должна делать аборт и убивать своих нерождённых детей, убеждают что она должна сама себя обеспечивать, а заодно и обеспечивать мужа, обязательно работать, обязательно делать карьеру, иначе будет выглядеть неудачницей. Даже в таком мощном средстве воздействия на умы, как кино, часто даётся презрительный взгляд на домохозяйку, потому что она не кандидат наук и не бизнес-леди. Женщина начинает сама себе казаться ущербной из-за того, что она ради семьи и детей бросила карьеру скрипачки или научного работника.
Борьба за право женщины быть "как мужчина" - это унижение женщины. Мы и так равны перед Богом, в равной степени будем отвечать за свои поступки, хорошие и плохие. Иное дело, что у нас разное предназначение. Женщина испокон веков была помощницей мужчины, матерью и воспитательницей его детей, хранительницей домашнего очага, вдохновительницей на подвиги. Мужчина знал, что за его спиной есть крепкий тыл, дом, в котором его ждут, а его обязанность этот дом защищать, обеспечивать материально, беречь и хранить. Женщина гордилась мужчиной, мужем, точно так же, как мужчина гордился женщиной - женой и помощницей, благодаря которой его род не прерывается. Мужчина проливал кровь на полях сражений, женщина проливала кровь, рожая его детей. Мужчина делал открытия, изобретал новые машины для облегчения жизни, женщина каждодневно берегла его дом и воспитывала новых мужчин, которые становились продолжателями дел своих отцов. И мужчина, и женщина трудились и делили плоды своего труда. Они понимали необходимость друг друга. Сейчас этого почти не осталось и поверить в то, что женская эмансипация добилась чего-то хорошего и полезного для человечества - я не могу. Эмансипация женщин привела лишь к тому, что сейчас женщины и мужчины перестали быть нужными друг другу во всём, кроме секса. Это не просто печально, это самая настоящая катастрофа, которую почему-то принято считать "победой".
Увы, у современной женщины нет выбора, она уже поставлена в такие условия, когда ей легче не быть женщиной. Лично я не желаю делать то, что делают мужчины: участвовать в выборах, заниматься политикой, руководить кем бы то ни было, служить в армии и т.д. Мужчина - по природе своей лидер, пусть им и остаётся. Если мужчина в современном мире не может выполнять роль лидера - это его проблема, я не собираюсь его подменять. Если мужчины так ослабели, что не могут быть первыми - значит, пусть мобилизуются и снова научатся тому, что успели забыть. И вот когда мужчины снова научатся быть мужчинами - женщины смогут стать женщинами. Только на таких условиях у нас есть шанс избежать полной деградации человеческого общества.
Пара недавних научных работ заставляют задуматься вот о чем: то, как сексисты относятся к женщинам, а феминистки к мужчинам, - это еще цветочки по сравнению с тем, что делается в природе
Фото: Hari Panicker/Unsplash
Мы тут все люди прогрессивные и хотим, чтобы между мужским и женским полом все происходило по-честному, а не так, как иногда еще у нас бывает. Даже само существование двух полов иногда ставит перед нами, либералами, гуманитарный вопрос. Например, любящая однополая пара хочет завести себе младенчика — и вот суетится, тычется, но не понимает как. Ученые наверняка скоро решат их проблему, но почему природа-то так к ним жестока?!
Кто-то умный наверняка скажет, что половое размножение необходимо для того, чтобы противостоять грузу мутаций, мы и сами . Однако это не ответ на наш вопрос. Можно ведь гораздо эффективнее перемешивать гены, если это будут делать каждый с каждым, без разделения на две группы под литерами М и Ж. И, кстати, некоторые именно так и живут. Среди растений, например, 85 процентов видов производят цветки одного типа, не различающиеся по признаку пола. Среди оставшихся 15 процентов многие производят мужские и женские цветки, но и те и другие присутствуют на одном растении. Лишь ничтожное меньшинство растений (около 5 процентов, их еще называют «двудомными») по-настоящему разделяются на мальчиков и девочек. А недавно в Австралии открыли вид паслена , который может быть мальчиком, девочкой, образовывать цветки мужского и женского типов на одном растении или производить двуполые цветки — по собственному выбору. Так что досадное разделение живых тварей на М и Ж — вовсе не неизбежность, многие его успешно преодолели.
А многие — нет.
Откуда вообще они берутся, эти два пола? К несчастью, из самых общих теоретических предпосылок. Возьмем для примера примитивных одноклеточных тварей, которые размножаются так: две клетки сливаются, перемешивают свои гены, а потом делятся на много детишек.
Чтобы потомство выжило, папе и маме надо объединить свои запасы питательных веществ, и поскольку природа любит все оптимизировать, каждый из них должен нести половину необходимого запаса. Но допустим, что одна клетка случайно запасет чуть больше приданого, чем нужно. Да, она станет чуть менее подвижной и не сможет эффективно искать партнера, но ей это и не потребуется: она сама — желанный партнер для многих. В том числе и для тех, кто сам накопил недостаточно добра.
Именно эти голодранцы, скорее всего, и добьются матримониального успеха, потому что они меньше и подвижнее. Таким образом, мы видим, что в такой ситуации успеха в размножении добиваются два разных типа клеток: крупные, запасливые и малоподвижные с одной стороны и юркие, но бедные — с другой.
Наведем на это чуть-чуть школьной математики. Пусть размеры двух клеток А и В, причем в сумме они дают ровно столько, сколько питания нужно потомству (А + В = 1). Логично предположить, что подвижность клеток обратно пропорциональна размеру, а вероятность встречи обратно пропорциональна произведению подвижностей. Дальше задачка для девятиклассников: при каких соотношениях А и В вероятность встречи максимальна? Ответ: когда одна из клеток как можно меньше, а вторая как можно ближе к максимуму. Вот вам и два пола со всем их неравноправием.
Вернее, пока еще мы доказали только неизбежность двух типов гамет — яйцеклеток и спермиев. Но, если речь идет о многоклеточных зверюшках, эти рассуждения можно просто повторить еще раз. При этом, конечно, не факт, что многоклеточная мама, дающая крупные и малоподвижные яйцеклетки, на новом уровне и сама будет крупной, малоподвижной и с хорошим приданым. Ясно лишь то, что разделение на две ролевые модели — настолько естественная вещь, что происходит буквально само собой, стоит только чуть ослабить контроль.
Это кто тут еще ***мразь?!
Нижеследующий раздел будет непросто изложить, не сорвавшись в отвратительную пошлость, но мы попробуем. У двух полов есть еще одно важное различие, кроме того, что один юркий и оппортунистичный, а второй склонен думать о будущем и о том, куда движутся отношения. Это различие нашло отражение в жаргоне электриков, называющих две части электрического разъема «мамой» и «папой» — в зависимости от того, что куда вставляют.
Итак, речь пойдет о пенисе. Надо признать, что это инженерное решение — тоже принципиально асимметричное — напрашивается само собой: когда мелкий, юркий и/или оппортунистичный гонится за крупным, инертным и/или разборчивым, гораздо удобнее тыкаться в него чем-то, нежели, напротив, попытаться его чем-то накрыть. При этом в природе полно исключений: у огромного большинства птиц, к примеру, такого приспособления нет. По странному совпадению, именно у птиц распространена моногамия и совместное выкармливание потомства.
И вот тут-то самое время обратить внимание на любопытную научную работу , опубликованную недавно в Biology Letters (ей посвящена также ). Речь идет о странной маленькой вошке, которая называется «пещерный сеноед». Пару лет назад один из видов этого насекомого угодил в лучи софитов, когда ученым, изучавшим его, присудили «Шнобелевскую премию» . Эти достойные исследователи обнаружили, что у сеноеда все не как у нас: пенис бывает не у самцов, а у самок.
Ну, мало ли в природе разных курьезов. Однако в этом году дело зашло дальше: найден еще один род сеноедов, обладающих таким же загадочным свойством. В этот раз биологи присмотрелись к сеноедам внимательно и поняли, что «девичий пенис» возник у них независимо как минимум два раза. А значит, это не шнобелевский курьез, а биологическая адаптация.
О’кей, но адаптация к чему именно? Вот что думают биологи: бедные сеноеды живут в среде, где очень мало еды. Поэтому еда занимает в их жизни непропорционально много места: в частности, во время полового акта самка получает от самца не только сперму, но и «брачный подарок» в виде комочка питательных веществ. От этих подарков зависит выживание самки и потомства, а принять она может максимум два. И значит, привычное нам гендерное неравенство выворачивается наизнанку: уже не эгоистичный и легкомысленный самец гоняется за самками, а самки пытаются заарканить хотя бы парочку запасливых и серьезных самцов.
А заарканив, запускают в них это самое. Через него они берут у самца брачный подарок и вместе с ним высасывают сперму.
На самом деле «псевдопенисы» известны у самых разных животных — например, увеличенный клитор у доминантной гиены. Однако у самки сеноеда пенис нисколечко не «псевдо», а самый реальный, потому что через него в самку поступает сперма для оплодотворения. Только управляет этим прибором не мальчик, а девочка. И связано это именно с распределением гендерных ролей, то есть с тем, кто у нас тут биологически избыточная, тупая, грубая и эгоистичная скотина, а кто, наоборот, весь в белом.
Наверное, рано или поздно справедливость восторжествует, и сеноеды вовсе избавятся от такого досадного атавизма, как «самки», а мальчики-сеноеды будут образовывать пары и заводить себе маленьких сеноедиков в клиниках ЭКО. Или нет.
Сексуальная объективация может скрываться в эгоистичных хромосомах
Речь вот о чем: отвратительно, когда в женщине ценят не цельную личность (острый ум, золотое сердце и другие практически важные достоинства), а воспринимают ее как товар, с определенным набором товарных свойств — ягодиц, молочных желез и других черт, от которых нету большого прока кроме уродливо преломляемой в мужских мозгах «красоты». Надо отметить, что аналогичные ситуации наблюдаются у разных видов животных: самки павлина тоже ценят в самцах не неповторимую личность, а главным образом хвост. Этот хвост не только никому не нужен, а просто вреден: павлин из-за него становится неуклюжим и беспомощным перед хищниками. И все же павлинихи упорно объективируют своих самцов и желают спариваться с самыми хвостатыми.
Как такая нелепость возникла в природе? Это же глупо: потомство самки унаследует хвост отца, и в результате все сыновья тоже окажутся неуклюжими и уязвимыми для хищников. Попытка решить проблему Павитры Муралидхар из Гарварда. Кстати, если вы читали об этой работе в Nature в пересказе Марка Киркпатрика , имейте в виду, что этот почтенный профессор в своей якобы популярной заметке кое-что высокомерно опустил, чтобы не сказать «перепутал»: в общем, лучше читать в оригинале. В крайнем случае у нас.
Генетики давно уже строят гипотезы о причудах полового отбора, когда отбирается вовсе не самый полезный признак, а самый милый противоположному полу, при этом нередко весьма нелепый. Две самые популярные теории (мы, кстати, тут о них уже рассказывали) объясняют это так.
Во-первых, «фишеровское убегание». Это вот что: самка выбирает привлекательного самца, чтобы ее дети-самцы тоже были привлекательными. При этом признак «любви к привлекательным самцам» у самки оказывается полезным — ее дочки-самки тоже унаследуют страсть к бесполезным, но прекрасным мужским чертам, в результате чего обеспечат своим сыновьям репродуктивный успех. Со временем эта система идет вразнос (почему и называется «убеганием»), то есть два признака — павлиний хвост самца и любовь к павлиньему хвосту у самки — развиваются до тех пор, пока признак мужской красоты не станет почти летальным. При этом процесс может начаться с небольшого случайного отклонения женских предпочтений, а потом наступает цепная реакция.
Вторая теория — «гандикапы» Амоца Захави. Она вот о чем: самки выбирают самцов с вредным признаком, потому что выживание таких самцов свидетельствует об их высокой приспособленности. Гены этой приспособленности унаследуют не только сыновья, но и дочери, то есть в совокупности такой выбор окажется полезен.
Считается, что теория гандикапа и теория фишеровского убегания вполне могут работать вместе, дополняя друг друга. Однако ни одна из них не отвечает на вопрос, с чего могло бы начаться в популяции такое иррациональное поведение самок. На самом низовом уровне, пока механизм еще не заработал, отдельной самке нет никакого смысла выбирать отягощенного бесполезной красотой самца: это снизит приспособленность сыновей и никак не поможет дочерям. Таким образом, у самки признак «склонности к красивым на грани уродства самцам» должен вроде бы быть вреден, и потому его ген не может распространиться в популяции. Именно этот парадокс и попытался разрешить автор цитированной работы.
Вот в чем суть: у большинства животных пол определяется половыми хромосомами. У нас, большинства млекопитающих, многих рептилий и насекомых, включая муху дрозофилу, работает система XY: у самца есть хромосомы X и Y, у самки XX. Альтернативный вариант ZW работает у птиц и других насекомых (к примеру, бабочек): там у самки хромосомы разные, Z и W, а у самцов одинаковые — ZZ. Таким образом, половые хромосомы представлены у одного пола лучше, чем у другого, а Y и W вообще есть лишь у одного из полов.
А что, если ген, определяющий склонность к сексуальной объективации, — то есть предпочтение таких черт партнера, которые самому партнеру ни к чему, — окажется на одной из таких хромосом? Тогда ему, этому эгоистичному гену, должно быть вообще наплевать, что у противоположного пола трудности с выживанием — он у этого пола не присутствует. Ген будет размножаться в популяции, несмотря на то что объективно он вреден для вида в целом. А там уже и фишеровский отбор подхватит тренд, и понеслась.
Это рассуждение на пальцах, но будет ли это работать? Автор прогнал на компьютере разные модели и убедился, что это работает. Лучше всего оно работало в варианте ZW: ген выбора партнера, локализованный у самки на W-хромосоме, способен распространиться в популяции, даже если для противоположного пола предпочитаемый признак почти летален.
Заметим тут между делом, что многие анекдотичные примеры полового отбора заведомо вредных признаков — ярких больших хвостов или глазастых узорчатых крыльев — описаны у птиц и бабочек, то есть как раз у животных с системой определения пола ZW.
Это прекрасно, но подтверждается ли модель хоть какими-то реальными фактами? Автор изучил данные о генетике половых предпочтений 36 разных видов животных. Более чем для половины обнаружились некие данные о том, что гены брачных предпочтений действительно локализуются на половых хромосомах. Правда, ни одного примера такого гена на хромосоме W не нашлось — возможно, просто в силу скудости данных.
Вот как глубоко укоренено в природе то, что так ненавистно каждому прогрессивному человеку, если он не сексист и не ***мразь. Нам, похоже, остается лишь опустить руки перед неумолимыми законами генетики, согласно которым один гендер должен эксплуатировать, насиловать, унижать и объективировать другой.
Впрочем, вот что внушает надежду: автор цитированной работы об эгоистичных половых хромосомах — Павитра Муралидхар — девушка, да еще и индийского происхождения. Это не помешало ей поступить в аспирантуру Гарварда и стать соавтором полудюжины статей по теоретической генетике. А эта статья — ее первое сольное выступление, там она единственный автор. Статья, кстати, вышла в Nature, то есть круче в науке ничего вообще не бывает.
Фото: Evobites.com
Выглядит она так. Кто хочет, может объективировать, Павитре это будет даже забавно — это ж ее научная область.
В свете темы гендерного равноправия это, пожалуй, единственно важный момент, а все, что мы написали выше, — просто пустословие. Хотя, возможно, кому-то оно и покажется поучительным.
Проблема неравенства полов в разных культурах является весьма значимой и заслуживающей внимания. Общая модель во всем мире такова – мужчины обладают более высоким статусом и властью по сравнению с женщинами. Однако эта общая тенденция в разных культурах имеет свою специфику (Rosaldo, Lamphere, 1974).
Уровень несправедливости, фиксирующий неравенство полов, лучше всего иллюстрируется рядом показателей: «женщины составляют половину населения земного шара, на их долю приходится две трети от общего рабочего времени, они получают одну десятую от общей доли мировых доходов и владеют одной сотой общемировой частной собственности» (Frankenhaeuser, Lundberg, Chesney, 1991,стр.257).
В чем причина этих различий? На этот счет существует много теорий (для обзора см. Gailey, 1987). Однако доводы и рассуждения, подтверждающие правильность этих теорий, противоречивы. Появление подобных теорий во многом было инспирировано марксисткой идеологией, чем фактами. Вероятно, в каждой теории содержится зерно правды, но реальность такова, что убедительной теории пока не создано. Не смотря на это, ниже приводимое объяснение представляется наиболее разумным вариантом ответа на этот вопрос. Мы обсудим эту проблему более детально в 5-ой главе. Сейчас только кратко обозначим некоторые положения.
Культуры различаются по степени неравенства полов. Даже в тех культурах, где идеал равенства декларируется открыто (например, в континентальном Китае), реальная практика далека от этого идеала. Тенденция к равенству между мужчинами и женщинами сильнее выражена в обществах с общинным укладом, чем в развитых стратифицированных обществах (Etienne, Leacock, 1980; Lebra, 1984). В общинных сообществах, скорее всего, существует иерархия взаимозаменяемости и взаимодополняемости мужских и женских ролей. В стратифицированных обществах сильнее выражена тенденция, чтобы женщина «знала свое место».
Социально-экологическое неравенство культур и неравенство полов коррелируют друг с другом, а эксплуатация по признаку пола зачастую согласуется с экологической эксплуатацией.
Например, в тех регионах Африки, где жители не исповедуют ислам, статус женщины в сравнении со статусом мужчин, был намного равноправнее до тех пор, пока к ним не пришли завоеватели- колонизаторы (Etienne, Leacock, 1980). В условиях колонизации существовала эксплуатация, а уровень неравенства по признаку пола увеличился. Кроме этого, религиозные инстанции зачастую способствовали сохранению неравенства, проповедуя жесткие религиозные догмы (Iglitzin, Ross, 1976), а также самим содержанием религиозной иерархии, в которой доминировали мужчины. Исламская и католическая религиозные конфессии особенно склонны поддерживать у своих верующих принцип неравенства полов (там же, 1976).
В каких сферах мужчины и женщины относительно равноправны по отношению друг к другу? Одним из показателей неравенства полов является процентный уровень безграмотности среди женщин. В целом, предпочтительно, чтобы этот показатель был одинаковым для мужчин и женщин, как в случае со скандинавскими странами и Швейцарией. Во многих развивающихся странах необразованных женщин гораздо больше, чем мужчин. Даже в Соединенных Штатах женщины не достигали уровня образованности мужчин вплоть до 1970-х годов!
Другим показателем равенства является процентное соотношение женщин, занимающих руководящие позиции. Во всем мире этот показатель намного меньше 50-ти процентов (с 48-и процентами в Швейцарии и 28-и – в Австрии). В большинстве остальных стран эти показатели еще ниже. В Соединенных Штатах этот показатель составляет 17%, в исламских странах так же очень низок. В Южной Корее он составляет 2%, в Ганне -3%.
Следующим показателем является процентное соотношение уровней доходов мужчин и женщин. Триман и Росс (Treiman, Ross, 1983) составили обширный статистический сборник по индустриально развитым странам. Согласно этим данным, наилучшее соотношение по этим показателям занимает Германия (где женщины получают 74% от зарплаты мужчин) и скандинавские страны (Швеция – 69%, Финляндия – 68%, Норвегия- 63%, хотя в Дании – только 57%). В большинстве стран западной Европы зарплата женщины составляет около двух третей от зарплаты мужчины. Данные по Соединенным Штатам, представленные в этом докладе, составляют 57%. Заметим, что это средние показатели, и картина по разным профессиям отличается от среднего в зависимости от места работы, региона, этнической группы, возрастной группы и т. д. Тем не менее, в целом, уровень зарплаты женщин ниже, чем у мужчин. С другой стороны, во всем мире уровень смертности у мужчин выше, чем у женщин. В Северной Ирландии соотношение этих показателей 9 к 1. В США – 3.3 к 1, хотя в Дании он составляет 1.1 к 1. Мужчины так же чаще гибнут в автомобильных катастрофах. В Чили этот показатель составляет 4.8 к 1, в Соединенных Штатах – 2.7 к 1. Исландия является в этом отношении исключением, где это соотношение составляет 1 к 1. Опять же, эти цифры отражают средние показатели, и сохраняется тенденция, что мужчины занимаются более опасными видами деятельности, чем женщины.
